Напишите нам в редакцию
Нажмите , чтобы добавить понравившееся издание в список
Перейти в корзину
1
Укажите город, в котором
Вы собираетесь оформлять подписку

Жить - не тужить Песни молодости нашей

Жить - не тужить Песни молодости нашей (Подписной индекс ПИ270)

От благ мирских...

Когда знакомишься с творчеством советских известных людей, то начало их биографии звучит почти одинаково, слегка шаблонно. И когда я читала об Онегине Гаджикасимове, то начальный текст был именно таким. Онегин Юсиф оглы Гаджикасимов — это советский поэт-песенник, создавший много талантливых стихов, которые потом легли в основу популярных песен. И вдруг я узнаю, что этот человек позже стал иеросхимонахом знаменитой Оптиной пустыни. Когда такое читаешь, испытываешь легкий шок! Как такое могло быть в советскую эпоху? Поэт-песенник — и вдруг монах?!
В религию часто уходят, если была тяжелая судьба, но ведь у этого поэта в жизни все складывалось замечательно! Он родился в красивом городе Баку летним июньским днем, и заканчивая школу, поразил учителей своими стихами на выпускном вечере. Приехав в Москву, Онегин — веселый, яркий, семнадцатилетний парень с пышной шевелюрой — сразу поступил в литературный институт. Его талант замечают: Онегин способен придумать любую рифму! Студенты называют его пижоном и слегка завидуют его способностям и неуемной энергии. Армия на время прерывает учебу. Здесь он пишет почти 800 писем своей возлюбленной, и, вернувшись, женится, позже у них с супругой родится ребенок.

В 1960 году Гаджикасимов устраивается на радио в музыкальную редакцию и начинает с одержимостью работать, а по ночам писать свои стихи на простой печатной машинке, выстукивая будущие шлягеры. Получаются простые, добрые, удивительно нежные тексты. В советское время на сцене звучала патетика, песни-плакаты, песни-призывы патриотического направления. А тут трогательные, человеческие слова, обращенные к сердцу каждого. В 60-х в СССР стали проникать первые ласточки западной новомодной музыки, начиналась битломания и молодые музыканты тоже хотели перемен в советском музыкальном мире. Песни на слова Онегина стали зарождением поп-музыки в СССР.

Тогда все носились с идеей создать шлягер. К композитору Поладу Бюль-Бюль оглы обращаются с просьбой написать мелодию к фильму: «Следствие продолжается», Гаджикасимов предлагает свой текст, и вот первый шлягер готов. Это песня «Позвони»: «А я не понимаю, зачем ты так сердита? Ну, перестань смеяться и позвони скорей!» Когда исполнили эту песню, она сразу стала популярной. В ней не было патетики, в ней бушевала жизнь! Да и все остальные песни на стихи Онегина принимались на «ура». Его «Алешкину любовь» распевала вся молодежь страны. У композитора Давида Тухманова была мелодия, Онегин тут же сочинил стихи. Назвали ее «Восточная песня». Старшее поколение хорошо помнит ее: «В каждой строчке только точки после буквы Л». Конечно, речь шла о любви, и все это понимали. Гаджикасимов получает огромный гонорар – 8 тысяч, а объем проданных пластинок такой большой, что многие музыканты начинают завидовать Онегину, его «плодовитости», и его деньгам.

Страна готовится к 100-летию Ленина, и злые языки, а также цензоры усмотрели в букве Л, не любовь, а намек на вождя — Ленина. Песню долго не выпускали на широкие просторы эстрады. Пошло стирание имени автора: уважаемые, маститые поэты начали травлю Гаджикасимова. В газете «Советская культура» выходит статья Льва Ошанина, в которой он разгромил творчество Онегина, называл его песни духовно бедными, примитивными. На студиях записи начинают размагничивать песни поэта.
Конечно, Онегин, как творческая, эмоциональная личность, очень переживает, но не сдается и начинает заниматься переводами западных шлягеров. И опять у него все получается на отлично! Песню Джо Дассена в переводе на русский язык прекрасно воспринимает вся страна. Но травля поэта продолжается, его больно ранит то, что на концертах при исполнении его песен не называют имени автора. Онегин уезжает на гастроли. Все эти переживания, обидные события приводят чувствительную душу поэта к Богу. Он читает три дня Библию, его глаза почти слепнут от такого напряжения, позже он вспоминает, что пропало зрение внешнее, но появилось внутреннее.

В 1985 Онегин просто садится в поезд и уезжает от всего подальше: от славы, денег, эстрады, зависти и всех мирских благ. Осенью он, родившийся в Баку, принимает крещение, становится православным и живет на заброшенной даче. В 1987 году шло возрождение Оптиной пустыни, и Онегин вместе со всеми занимается самым простым тяжелым трудом по восстановлению монастыря: роет землю, таскает кирпичи, трудится на кухне. По Москве ходят слухи, что поэт исчез, ушел в религию. Никто не понимает, каким образом, куда и как исчезает с горизонта человек, и не просто человек, а известный в те годы поэт-песенник, чья популярность достигла уже небывалых высот.

Но Гаджикасимов действительно принимает монашеский постриг после трехмесячного тяжелого испытательного срока и отныне его имя — Силуан. Давид Тухманов сказал, что он преклоняется перед такими людьми, идущими на духовный подвиг, и благоговеет перед ними. Действительно таким людям открывается что-то свыше, недосягаемое нам, обычным смертным. Силуан снимает комнату в Подмосковье и начинает проповедовать. У него не было своего постоянного прихода, он не являлся настоятелем храма или настоятелем монастыря. Он был самым настоящим приглашенным проповедником, и люди, однажды прослушавшие его проповедь, стремились вновь услышать его. Этот человек выбрал для себя сложный тяжкий путь отречения от семьи, славы, излишеств и возлияний, выбрал путь аскетизма и страданий. Силуан отказался от всего земного, поднялся выше материальных благ, даже не спал на кровати, а прямо на полу, ведь он был пострижен в схиму. Он нес свою веру людям до самого конца.

Многие слушатели его проповеди находили свой путь к Богу. Монахиня Пиама вспоминала, что Силуан сделал очень много доброго для людей, но не получил столько же в ответ.
Позже у него началась онкология. Он лежал в больнице в Москве, позвонил в монастырь и попросил привести ему мироточивую икону «Семистрельная» и обратился к ней как к живой: «Владычица, забери меня, я устал». Через два дня великого бакинца не стало. Он выбрал царство мира, чистоты и добра. Не все приняли такой выбор Гаджикасимова, не принял и внук Трифон. Это действительно сложно понять и принять. Но в любом случае мы восхищаемся силой и величием его духа и по-прежнему восторгаемся душевностью трогательных песен.
Александра Кентауская

Восточная песня

Слова: О. Гаджикасимов
Музыка: Д. Тухманов
Исполнитель: Валерий Ободзинский

Льет ли теплый дождь, падает ли снег —
Я в подъезде против дома твоего стою.
Жду, что ты пройдешь, а быть может, нет,
Стоит мне тебя увидеть — о, как я счастлив!

Странно и смешно наш устроен мир:
Сердце любит, но не скажет о любви своей.
Пусть живу я и не знаю, любишь или нет,
Это лучше, чем, признавшись, слышать «нет» в ответ.
А я боюсь услышать «нет».

Песню подобрал на гитаре я,
Жаль, что ты ее не слышишь, потому что в ней,
Грусти не тая, я тебя назвал
Самой нежной и красивой — о, и это правда!

По ночам в тиши я пишу стихи.
Пусть твердят, что пишет каждый в девятнадцать лет.
В каждой строчке только точки после буквы «Л...»
Ты поймешь, конечно, все, что я сказать хотел.
Сказать хотел, но не сумел.

По ночам в тиши я пишу стихи.
Пусть твердят, что пишет каждый в девятнадцать лет.
В каждой строчке только точки после буквы «Л...»
Ты поймешь, конечно, все, что я сказать хотел.
Но тает снег весной всегда.
Быть может, мне ты скажешь «да»!
Статья взята из газеты Жить - не тужить Песни молодости нашей (Подписной индекс ПИ270)
Вы можете пролистать эту газету
Подпишись прямо сейчас!
Вернуться
в начало
Оформите абонемент
X
Заполните форму с контактными данными, укажите точное место доставки заказа, а также количество комплектов.
Распечатайте подписной абонемент и оформите по нему подписку в любом отделении Почты России:
Доставка:
Подписчик:
Ваш почтовый индекс:
Адрес доставки:
Количество комплектов:
Период подписки:
<-- -->